История мобильного фотографа, смысл жизни которой — забота об особенной дочке.
Героиня нашей сегодняшней рубрики — молодая мама Яна МАТВЕЕВА. О, это чудесный человек, тёплый и открытый, с первой встречи располагающий к себе! Яна зарабатывает на жизнь мобильной фотографией и ведением социальных сетей. Но при этом полностью свою жизнь посвятила дочке, ежедневно нуждающейся в заботе.
От ночных клубов до швейной машинки
Яна приехала в наш город из Лесного, когда ей был 21 год. В детстве вместе с младшей сестрой она проводила в Новоуральске каникулы у бабушки с дедушкой. Здесь девушка обрела друзей и встретила будущего мужа.
— После закрытия одной из сессий лучший друг из Новоуральска предложил встретиться и отметить это событие. Так я познакомилась с моим будущим мужем. Я влюбилась, и в голове резко родилась мысль переехать в Новоуральск. И я переехала! А что мне делать в новом городе? Искать работу!
Первым местом работы Яны в Новоуральске стал магазин одежды KisLis, где она трудилась продавцом-консультантом. А по пятницам и субботам танцевала в ночных клубах.
— Да, у меня была весёлая жизнь, я любила свою работу в KisLis, — признаётся Яна. — А потом вышла замуж, в 2014 году ушла в декретный отпуск. Когда я стала мамой с основными моими заботами — малыш, стирка, готовка, уборка — пришло понимание: я тупею. Когда дочке было 8 месяцев, записалась на курсы кройки и шитья к Анне Строгановой в «Тессу» и купила швейную машинку.
Но одежду Яна шить не стала, занялась игрушками. Увидела комфортер для малышей, который очень хотелось приобрести для годовалой дочки (но стоила игрушка довольно дорого), и подумала: а почему бы и самой не начать делать такие? О каждом изделии рассказывала в своих социальных сетях, и пошли первые заказы. Причём покупатели находились из разных стран, и выходить из декретного отпуска уже по сути не было необходимости. Однако Яна честно проработала в магазине 9 месяцев, пока не осознала, что настало время подумать о том, кем она действительно хочет быть.
Стать фрилансером ради дочки
Тогда же и родилось новое увлечение Яны — мобильная фотография и интернет-маркетинг.
— И это всё коснулось именно мам в декрете, — считает Яна. — Кто с чего начинал: тортики, игрушки… Потом эти увлечения легко перерастают в интернет-маркетинг.
Какое-то время Яна преподавала бачату — образование позволяло ей быть тренером. И там ей предложили вести соцсети.
— Я согласилась, — вспоминает она. — Помню, купила тогда обучение по фото и SMM, меня затянуло, из студии танцев я уже ушла в SMM-щики и нашла новые проекты по ведению соцсетей: работала с ресторанами и кофейнями, салонами красоты и магазинами одежды, а также с проектами из Лесного и Екатеринбурга. И параллельно занималась мобильной фотосъёмкой и видео.
Создаётся впечатление, что Яна крутится как белка в колесе, постоянно в движении и работе, и вопрос «а как же семья?» встаёт сам по себе. Однако Яна утверждает, что при всей насыщенности её жизни семья — на первом месте, а трудовая деятельность в основном происходит в домашних условиях.
— Я прежде всего мама, и моя дочка — смысл моей жизни. Ульяна — девочка с особенностями, ей 11 лет, она учится в коррекционной школе. Уле требуется внимание родителей, и я постоянно рядом, — поясняет Яна. — Быть мамой особенного ребёнка — это всегда выбирать ребёнка.
В статусе самозанятой у мамы-контентмейкера -свободный график, которым она распоряжается так, как комфортно всей семье. Она считает, что если бы не дочка, то вряд ли освоила что-то новое.
— Мы довольно рано поняли, что у нашей девочки что-то не так: почти до трёх лет дочка плохо спала. У меня появилась суперсила — спать стоя. Местные врачи ничем помочь не могли, оставалось принять ситуацию. В первом детском саду были сложности: Уля долго адаптировалась, отказывалась есть, не говорила, затем мы перешли в коррекционный детский сад. Сложнее всего было перед школой: в обычную школу неговорящую дочку нельзя было отдавать. Будем честны — дети бывают жестокими, и я не желала, чтобы моему ребёнку сломали психику в первую же неделю учёбы. За полгода перед тем, как отдать Улю в коррекционную школу, я не спала, а тотально рыдала. Со мной работала детский психолог, хорошая знакомая моего мужа, она всегда была на связи и вытаскивала меня из такого состояния. Прежде чем написать заявление в школу, мы прошли несколько комиссий, и на одной из них в Екатеринбурге нам поставили психиатрический диагноз. До этого ставили задержку психического развития, задержку речевого развития. Это значило, что дочке надо оформлять инвалидность и пройти ещё несколько комиссий и обследований. Но в августе, когда мы оказались в школе № 1 и познакомились с нашим первым учителем Юлией Напольских, и у меня, и у дочери пробежала искорка. Уля влюбилась в неё сразу! В этом году мы выпускаемся из начальной школы, и я не представляю, как мы будем без Юлии Александровны. Нам на комиссиях перед школой говорили, что дочь не будет ни считать, ни читать, ни писать. К концу первого класса Ульяна всё это умела. Да, не так хорошо, как первоклашки из других школ, но она это делала!
«Зачем вы так позоритесь?»
Поскольку Яна открыта в социальных сетях, где делится своими жизненными историями и имеет широкий круг общения, некоторые мамы обращаются к ней за советом и поддержкой, и она не отказывает.
Однажды Яна услышала в свой адрес странное высказывание: «Рассказывая о своём ребёнке, ты себя позоришь». Она ответила так:
— Это не мы выбираем детей, а дети нас выбирают. Дочка к нам с мужем пришла с определённой миссией. И сейчас моя миссия в том, чтобы, посмотрев в соцсетях на нашу жизнь, мамочка из любой точки страны могла написать: «Я могу тебе позвонить?» или «Мы можем вместе попить кофе?» и получить поддержку. Это женщины, от которых уходят мужья из-за того, что с их ребёнком что-то не так (а это 80% случаев), уставшие, напуганные, затюканные бюрократической системой мамы. Они приходят, рассказывают свои истории, и мы начинаем беседовать о том, в какой садик лучше пойти, к каким врачам обратиться, как принять то, что у тебя ребёнок с особенностями. Уля пришла ко мне, чтобы мы своим примером могли помочь другим.
— Мне бы хотелось, — говорит Яна, — чтобы для мамочек, у которых дети занимаются в коррекционных детских садах и школах, что-то проводилось. Чувствуется, что недостаточно информации, недостаточно коммуникации, это при том, что и соцполитика, и психологи, и «Благое дело» работают. Но о чувствах уставших мам никто не думает. А мамы-то классные! Но они ненавидят свою жизнь, потому что становятся рабами системы (например, собирают стопки бумаг, чтобы доказать, что их ребёнок на инвалидности!). Мне повезло с поддержкой в трудную минуту, но так везёт далеко не всем, поэтому очень нужен социальный проект для таких мам.
Яна слышит много разных высказываний, в том числе и о том, что она расплачивается за своё разгульное прошлое. Но она честна в первую очередь сама перед собой: да, её путь как мамы непрост, и при этом он освещается теплотой, любовью и суперсилой, которая появилась именно благодаря Ульяне.
Фото из архива героини
